13 декабря Его Высочеству Принцу Кариму аль-Хусейн Ага Хану IV, потомку пророка Мухаммеда и духовному лидеру 20 миллионов мусульман исмаилитов исполнилось 70 лет. предлагаем вашему вниманию одно из его последних интервью журналу "Шпигель" (ФРГ), где он дискутирует об основах своей веры, о скандале вокруг недавних высказываний Папы об исламе и о том, как предотвратить глобальное столкновение религий.

SPIEGEL: Ваше Высочество, в недавней лекции Папа Бенедикт XVI процитировал императора Мануила сказав: 'Покажите мне, что такого нового принес Мухаммед, и вы увидите, что это были вещи только злые и бесчеловечные, такие как приказ мечом распространять веру, которую он проповедовал'. Эта цитата из текста XIV века вызывала волну негодования в мусульманском мире. Почему? И какова была Ваша реакция?

АГА ХАН: Я бы начал с того, что очень обеспокоен этим заявлением, потому что оно вызвало великое недовольство в исламском мире. Мне кажется, что это веха на пути к еще большему непониманию между религиями и деградации взаимоотношений. Думаю, нам не стоит добавлять того, что могло бы усугубить ситуацию.

SPIEGEL: Бенедикт XVI четко дистанцировался от слов императора, которые он процитировал. Позиция Папы в его высказывании состояла в том, что он хотел содействовать диалогу, и после этого он несколько раз засвидетельствовал свое глубокое уважение этой мировой религии - Исламу. Были ли это просто неудачно подобранные слова? Или же его просто неправильно поняли?

АГА ХАН: У меня нет ни желания, ни права выносить свое суждение по этому поводу. С моей стороны было бы неразумно считать, что я знаю, что именно он имел в виду. Но, насколько мне известно, этот средневековый период в истории был эпохой экстраординарного богословского обмена и обсуждений между Византийской империей и мусульманским миром. Это было удивительное время. И поскольку слова императора этого не отражают, я думаю, что они были вырваны из контекста.

SPIEGEL: На самом деле тема выступления Папы была совсем другой - одна из его любимых тем: связь между верой и разумом, которая, по его словам, исключает наличие любой связи между религией и насилием. Вы бы согласились с этим?

АГА ХАН: Если вы интерпретируете его речь как рассуждение о вере и разуме, то я думаю, что этот спор представляет немалый интерес. Дискуссия по этому поводу между исламским и неисламским миром могла бы стать чрезвычайно конструктивной. Поэтому я нахожу два аспекта в лекции Папы: с одной стороны я обеспокоен возможным ухудшением взаимоотношений, но в то же время с другой, я вижу новые возможности. Шанс поговорить об очень серьезном и важном вопросе - о взаимоотношениях между верой и логикой.

SPIEGEL: Вы бы приняли приглашение Папы принять участие в дебатах о вере, разуме и насилии вместе с другими религиозными лидерами?

АГА ХАН: Да, безусловно. Но, тем не менее, я бы подчеркнул, что такая экуменическая дискуссия на определенном этапе столкнется с некоторыми ограничениями. Поэтому я предпочитаю говорить скорее о космополитичной этике, корни которой прослеживаются во всех великих религиях Земли.

SPIEGEL: А у Ислама есть проблемы во взаимоотношениях с разумом?

АГА ХАН: Определенно нет. Я бы сказал наоборот. Из всех авраамических религий, Ислам, как таковой, придает наибольшее значение знанию, по большей части для того, чтобы понимать творение Бога, и, таким образом, эта вера в высшей степени логична. Ислам - религия разума.

SPIEGEL: Тогда в чем заключаются основные причины терроризма?

АГА ХАН: Неразрешенные политические конфликты, фрустрация и, прежде всего, невежество. Ни один из этих аспектов не был рожден в результате богословского конфликта.

SPIEGEL: О каких политических конфликтах идет речь?

АГА ХАН: Конфликты на Ближнем Востоке и в Кашмире, например. Они остаются неразрешенными в течение десятилетий. Не хватает понимая того, что ситуация там требует срочного решения, что она резко ухудшается.

Это можно сравнить с такой болезнью как рак. Если в случае ракового заболевания не принимать необходимые меры на ранней стадии, то, в конце концов, опухоль нанесет непоправимый вред. А регионы неразрешенных конфликтов становятся рассадником терроризма.

Что касается распространения веры мечом: все религии, в течение определенного периода своей истории использовали войну, чтобы защитить себя или чтобы расширить зону своего влияния, и были случаи, когда вера использовалась в качестве оправдания военных действий. Но ислам к этому не призывает, это религия мира.

SPIEGEL: Действительно, во имя христианства были совершены ужасные преступления, например крестоносцами. Это было уже давно, это в прошлом. Но воины джихада совершают свои преступления сегодня, в наши дни.

АГА ХАН: Относительно недавно мы были свидетелями кровавых столкновений в христианском мире. Посмотрите на Северную Ирландию. Если бы мы, мусульмане, интерпретировали это как правильное выражение протестантизма и католицизма или как проявление сути христианской веры, вы бы сказали, что мы просто не понимаем, о чем говорим.

SPIEGEL: 'Запад противостоит остальному миру', - написал профессор Сэмюэль Хантингтон в своей знаменитой книге 'Столкновение цивилизаций'. Такой конфликт и такого рода столкновение неизбежны?

АГА ХАН: Мне предпочтительней говорить о столкновении невежеств. В мире так много ужасного, разрушительного и опасного невежества.

SPIEGEL: И какая из сторон несет ответственность?

АГА ХАН: Обе. Но прежде всего - западный мир. Вы наверняка думаете, что образованному человеку XXI века не мешало бы знать хоть кое-что об исламе. Но если вы посмотрите на западное образование, вы увидите, что исламская цивилизации в нем нет.

Что рассказывают студентам об Исламе? Насколько мне известно - ничего. Какими знаниями они обладают о шиизме до иранской революции?

Что они знают о радикальном течении в суннизме или вахабизме, до появления движения Талибан? Чтобы исправить ситуацию, нам будет необходимо приложить серьезные усилия в области образования.

Не кричать друг на друга, а учиться слушать друг друга. Так, как мы делали это раньше, работая вместе, каждая из сторон должна что-то отдавать и что-то получать. Вместе мы добились величайших достижений человеческой цивилизации. Нам есть, на чем строить будущее, но я думаю, что нельзя ничего построить на невежестве.

SPIEGEL: И, тем не менее, удивительным остается тот факт, что очень большое число мусульманских стран составляют значительную часть среди самых отсталых и недемократических стран мира. Может быть, Исламу нужна своя эпоха просвещения? Или может быть эта религия несовместима с демократией, как утверждают некоторые?

АГА ХАН: Как я уже говорил, необходимо быть справедливым. Некоторые политические лидеры унаследовали проблемы, которые не имеют никакого отношения к вере.

Новые методы управления должны проходить тестирование в течение некоторого времени.

К тому же я не считаю, что мусульманские страны - это систематические неудачники в плане экономики. Некоторые из наиболее быстрорастущих экономик, самых успешных новых индустриальных стран находятся в исламском мире.

А что касается демократии, то моя вера в демократию восходит не к греческим или французским мыслителям, а к эпохе, которая была 1400 лет назад. Это принципы, определяющие мою религию.

При жизни Пророка (да пребудет с ним мир) шел постоянный политический консультационный процесс. И первый имам шиитов, двоюродный брат и зять пророка Мухаммеда - Хазрати Али сказал: 'Нет большей чести, чем знание, нет большей силы, чем сдержанность, и нет более надежной поддержки, чем совет'.

Источник - интервью 'Ислам - религия разума', журнал 'Шпигель' (ФРГ)

Перевод - Сергей ИЛЬИН